Олег Табаков

Олег Табаков

Художественный руководитель МХТ имени Чехова, создатель знаменитой "Табакерки", народный артист СССР и всеобщий любимец Олег Табаков родился в год Кабана. Канун 2007-го - хороший повод поговорить об итогах и планах на будущее.
- Олег Павлович, вы и руководимые вами коллективы находитесь сегодня в том вожделенном месте, где ваши коллеги еще только мечтают оказаться, куда стремятся и только начинают свой путь...
- По-разному, по-разному они смотрят на наше местоположение, на средства, на нашу способность, если вы имеете в виду наше место в капитализме...
- В капитализме тоже. Но речь идет о театре, потому без творчества никак нельзя.
- Про творчество... Я не люблю, когда коллеги мои всерьез рассуждают на эту тему. Это должны делать люди, которые сидят в зрительном зале, которые театр любят и могут рассказать о своей к нему любви. Это моя принципиальная точка зрения. Когда вы спрашиваете о нашем месте теперешнем, я воспринимаю это как констатацию того факта, что мы быстрее других абсорбировались.
- Гастрольные билеты в провинции на спектакли с вашим участием продаются сразу же.
Есть ли возможность творить, играть серьезно, когда не понять, чему аплодирует зритель - удачному спектаклю или знакомому лицу? Не мешает это?
- Конечно, мешает. Было бы ханжеством и жеманством заявить обратное. Но вместе с тем я понимаю, что это правила игры. Не воспитали мы и не скоро воспитаем новую породу зрителя театрального.
Сейчас в театр ходят, имея возможность заплатить эту цену за билеты и Художественного, и подвального нашего театра, дети новых русских, сами новые русские и совсем уж отчаявшиеся интеллигенты.
Такие, как моя мама, которая, собирая нас за ужином в виде борща, говорила: детки, до получки осталось совсем немного денег, но мне бы очень хотелось пойти на концерт Святослава Рихтера или Дмитрия Журавлева. И мы с сестрой отвечали: да! Но, с другой стороны, мы имеем не только правительство, которое заслуживаем, но и зрителя, которого заслуживаем. Он часто бывает необъективен, заблуждается, принимает желаемое за действительное.
Мы довольно часто путаемся в оценках, бываем неадекватны, назначаем таланты на первый квартал 2007 года, на первый месяц второго квартала и т. п. К сожалению, мы никак не научимся трезво размышлять, трезво оценивать. Когда коллеги совершают ошибки, мы закрываем на это глаза, что неправильно.
- Сегодня мы живем в обществе, где играют все и во все что угодно. Где бы вы, как великий лицедей, провели границу между игрой и дуракавалянием?
- На большом отрезке времени - от Никиты Хрущева до Владимира Путина - я на самом деле по рецепту, выписанному Михаилом Афанасьевичем Булгаковым, никогда ничего не просил. Чтобы вы поняли: студия, которую я организовал, создана на мои деньги.
Сейчас построен театр для Анатолия Васильева, строится для Петра Наумовича Фоменко. И только начато не бюджетное, а инвестиционное строительство театра Табакова.
То есть я никогда за счет других коллег, как в случаях приведенных, не жил. Это вопрос моей гордыни, наверное. Или вопрос моего возраста.
- Но я спрашиваю исключительно об игре театральной, которая все чаще сводится к пародии, кривлянию, все реже остается серьезной и интересной.
- Для этого мне нужно вернуть Художественному театру технически обновленную сцену, завершить строительство лицея для особо одаренных российских детей.
Мне надо, чтоб вступили в строй художественно-производственные мастерские театра-студии Табакова. Тогда у меня руки освободятся, и я буду в большей степени распоряжаться своим временем.
Хотя и сейчас я думаю о "Голом короле" Шварца, "Последней любви" Исаака Башевиса Зингера.
Я успел сыграть Чехова, Горького, Островского за последнее время.
- Не связано ли заявление ректора Школы-студии МХТ Анатолия Смелянского о том, что на артиста достаточно учиться два года, а дальше он получает в вузе скорее общее гуманитарное образование, с грядущей реформой актерского образования?
- Я не разделяю эту точку зрения.
Создание лицея делается во имя серьезнейшей и строжайшей селекции. Понимаете, мы часто радуемся тому, что люди средних способностей становятся средними актерами. Думаю, что это неверно в изменившемся социально- экономическом укладе нашего общества.
Мы должны быть более ответственны за тех людей, которых выпускаем в жизнь. Они должны быть конкурентоспособны. Мы в этом смысле инфантильны и тепличны.
Нам твердили, что жизнь - это способ существования белковых тел, а для меня жизнь - способ существования на сцене.
Не умаляя достоинств моих коллег, могу сказать, что сегодня менее десяти процентов театров конкурентоспособны. Не хватает профессионализма и ответственности.
Где тот старлей с наганом, который, как на знаменитой фотографии, призывает: "За мно-о-ой!"? Непосредственно связываю эти проблемы с нищенством наших театров. Все почему-то делают вид, что это нормально. Я вовсе не фетишизирую деньги, но думаю, что если артист сегодня получает меньше 25 тысяч, то это мешает ему серьезно и ответственно заниматься делом. Я эти проблемы года четыре назад решил.
А не решив их, нехорошо говорить обо всем остальном. Человеческие условия нужно создать, чтобы спрашивать с людей всерьез и задумываться о творчестве.
Ольга ХАРИТОНОВА, специально для "Нижегородских новостей".