Пациент медленно умирал, а ему прописывали таблетки от кашля

Пациент медленно умирал, а ему прописывали таблетки от кашля

Добросовестное исполнение своих служебных обязанностей является лучшей гарантией от ошибок в любой профессиональной сфере. Но в медицинской практике это особенно важно, ведь на кону человеческая жизнь. Чуть что - и результат непоправим. Не для этого ли существует в действующем Уголовном кодексе специальная статья «Халатность»?
Впрочем, следователь по особо важным делам 1-го отдела регионального СУ СКР подполковник юстиции Алексей Шошин, который, как говорят его коллеги, на врачебных ошибках собаку съел, не припомнит случая, чтобы виновного в смерти пациента эскулапа сажали за решетку.

Доктора лукавили
- Собранные нами доказательства признаны судом достаточными для вынесения приговора главному врачу Горбатовской горбольницы Мусатову и бывшей заведующей рентгенологическим отделением поликлиники Ворсменской горбольницы Греховой, - рассказывает Алексей Николаевич.
Жители города Горбатово Павловского района Любовь и Сергей Саковы потеряли единственного сына Виталия, когда тому только-только исполнилось 26 лет. Произошло это семь лет назад, а виновных в его смерти официально признали только теперь.
А тогда, семь лет назад, когда они, убитые горем, выслушивали пространный монолог лечащего врача в стерильном коридоре Павловского тубдиспансера, казалось, жизнь для них обоих закончилась.
- Вы, конечно, можете настаивать на вскрытии трупа, - говорили им, - но, уважая ваши религиозные чувства, мы можем пойти навстречу и отдать вам тело сына без вскрытия…
Доктора лукавили. Вскрытие показало бы истинную причину смерти молодого человека и вину горбатовского и ворсменского врачей. И тогда не пришлось бы спустя год производить эксгумацию.
Кстати, на скамье подсудимых должны были оказаться трое. Кроме Греховой и Мусатова, грех за гибель парня лежал и на участковом враче Лушенковой, которая первой увидела снимок с очагами в обоих легких. Но время шло, следствие затягивалось, и пожилая женщина не дожила до вынесения приговора. Кстати, и тот, первый, снимок позже куда-то исчез.
Из материалов уголовного дела:
«Следствием и судом установлено, что в ноябре 2009 года заведующая рентгенологическим отделением поликлиники после профилактического флюорографического обследования грудной полости выявила у жителя города Горбатова Виталия Сакова патологию в виде очаговых изменений в легких. В нарушение действующего законодательства она не вызвала больного на дополнительное обследование, не сообщила об этом в противотуберкулезный диспансер и амбулаторно-поликлиническое учреждение по месту жительства и работы. Необходимое при таких заболеваниях лечение назначено не было…».

Выписали… на работу
Поначалу болезнь никак не проявлялась, на флюорографию пациента направили с места работы. Дело в том, что больной туберкулезом работал в… Горбатовском доме отдыха МВД и раз в год проходил медицинское обследование. Как проходил, мы теперь знаем.
Но в марте 2010 года он обратился в Горбатовскую городскую больницу к Лушенковой с жалобами на частый болезненный кашель и носовые кровотечения. В ходе осмотра участковый врач-терапевт, несмотря на клиническую картину, подозрительную на туберкулез, поставила ему диагноз «острый бронхит». Помню, о покойных либо хорошо, либо ничего. Но Евгения Васильевна, достоверно зная об очагах, прописала таблетки от кашля. Не назначив необходимых процедур, соответствующих анализов, направила Сакова на рентгеноскопию легких. Хотя, врачам известно, это исследование, в отличие от рентгенографии, не предназначено для пациентов с подозрением на туберкулез.
Несмотря на отсутствие в больнице врача-рентгенолога, главврач больницы Александр Мусатов, чтобы не направлять больного в Ворсму, лично провел рентгеноскопию на здешнем заведомо неисправном оборудовании. Позже специалисты подтвердят стопроцентную изношенность аппаратуры. Естественно, в результате такого обследования Александр Сергеевич не обнаружил у несчастного Сакова легочных затемнений и написал соответствующее заключение. На основании полученных данных врач-терапевт Лушенкова выписала запущенного туберкулезника на работу, пояснив, что он здоров и больничный ему не полагается.
24 мая 2010 года, обратите внимание на хронологию, Виталий Саков уже на скорой поступил в стационар Горбатовской городской больницы. Функции лечащего врача исполняла та же врач-терапевт, которая повторно выявила у него аналогичную клиническую картину. И хотя состояние больного резко ухудшалось, она и на этот раз никаких действий не предприняла, ведь в истории болезни почерком главврача было записано: «Патологии нет».
Опоздали с диагнозом
30 мая 2010 года пациент Саков был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в Павловскую ЦРБ. У него открылось кровотечение, кровь шла горлом. В здешнем отделении терапии ему наконец сделали рентгенографию легких, взяли мокроту на анализ, чего с трех попыток так и не смогли осуществить предыдущие лекари. После выявления дессиминированного туберкулеза легких 1 июня пациента переводят в Павловский противотуберкулезный диспансер. Через два дня в результате развившейся легочно-сердечной недостаточности он скончался.
- Ему уже дышать нечем было! - горячится следователь Шошин. Среди всех остальных случаев в его практике этот самый вопиющий. – От легких ничего не осталось!
- Когда врач обнаруживает хоть малейшее подозрение на инфекционную болезнь, по правилам он помечает его историю болезни красным маркером и помещает в отдельный лоток, - рассказывает Алексей Николаевич. - Горбатовские медики даже не придали значения очагу, а ведь им достаточно было сообщить матери Сакова, которая работала здесь медсестрой, о подозрениях на туберкулез, и ее сын сейчас был бы жив…
Когда совместными усилиями, достойными лучшего применения, врачи Горбатовской, Ворсменской, Павловской больниц пытались замять эту историю, они тоже представляли из себя некий очаг. Многие, узнавшие эту историю, будут обходить его стороной, хотя следователь по особо важным делам со знанием дела называет павловское «затемнение» на совести врачей «корпоративной солидарностью».
Эпилог
На прошлой неделе приговором суда виновным назначено наказание в виде 2,5 года лишения свободы условно с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года. В связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности они освобождены от наказания.
Татьяна ЧИНЯКОВА. Фото Александра ВОЛОЖАНИНА.