«Феминизм – это когда уже не рассчитывают на Прекрасного Принца», – заметил однажды французский писатель Жюль Ренар. Сдается мне, есть в этой иронии некая сермяжная правда. Не зря же за равноправие боролись, хромая из-за врожденного вывиха бедра, Розалия Люксембург и ее эмансипированная подруга Клара Айснер, впоследствии Цеткин, «с плоским лицом и руками-лопатами», которую еще в гимназии однокурсники прозвали Дикая Клара: в пылу спора о политике она могла запросто пустить в ход кулаки. В начале века социал-демократы ехидно усмехались: «В нашей хлипкой партии есть только двое настоящих мужиков – Клара Цеткин и Роза Люксембург»... Тем не менее эти мужеподобные особы добились-таки своего! Более того, феминистки последующих поколений пошли дальше, и женщины – укладчицы шпал – уже их заслуга. Но вот что интересно. Не считая топонимики и архивных документов, в России, богатой монументами, нет ни одного памятника этим знаменитейшим революционеркам. В Берлине вот только, помнится, прыщавый гид демонстрировал нам некое подобие памятника на набережной южного берега Ландвер-канала около моста Лихтенштейна: бронзовые буквы Rosa Luxemburg там уходят с перил прямо в воду канала… Похоже, даже со­отечественники не сильно восторгались ее идеями.

Рецидив.

Сотрудник следственного изолятора, где теперь содержится подозреваемая, оглашая список ее предыдущих судимостей, очевидно, хотел назвать ее амазонкой. В смысле – боевая женщина. Но запнулся, забыв слово, и назвал валькирией. Для пущей убедительности читаю Википедию: «Валькирия – дева-воительница, которая… решает, кому из воинов, павших в бою, попасть в небесный чертог».

...9 апреля этого года нижегородка Наталья Иванова покинула здание Ленинского районного суда победительницей. Конвой остался без работы. В ушах еще звучал голос судьи: «...учитывая наличие на иждивении подсудимой двух малолетних детей, суд, руководствуясь принципами гуманизма и государственной заботы о женщинах и малолетних детях, считает возможным отсрочить ей реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста». Будь она помоложе, скакала бы сейчас через лужи на одной ноге. Но впереди у нее мая­чил сороковник, кроме того, она являлась матерью четверых детей, к тому же инвалидом третьей группы, поэтому она чинно шествовала по улице Космонавта Комарова, находясь при этом в глубоком раздумье. Неважно, что на двоих детей она была лишена родительских прав – двое маленьких оставались дома. И хотя ее сердечные ритмы с недавних пор отсчитывал вшитый кардиостимулятор, душа просила праздника. И потом – обидчик Натальи, получивший от нее два ножевых удара в грудь, выжил в реанимации, а статью Уголовного кодекса о покушении на убийство сердобольный судья заменил ей на статью «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью». Словом, ноги сами несли ее к порогу супермаркета, а именно – к его винному отделу.

Уже вечером, сидя в компании друзей, она ощутила, что жизнь возвращается в привычное русло. Но умные люди посоветовали ей покинуть мегаполис, дабы избежать неусыпного полицейского контроля и отсидеться где-нибудь в глуши. Не потому ли умудренная криминальным опытом женщина выбрала местом жительства едва ли не самый удаленный от областного центра округ – Варнавинский?

Поселок Северный.

Во второй день августа жители Северного отмечали День поселка. Торжественная церемония открытия праздника началась с проникновенного чтения стихов Эдуарда Асадова в исполнении выпускника Северной школы, юнармейца Анатолия Сочинова: 

Россия начиналась не с меча,

Она с косы и плуга 

                                      начиналась.

Не потому, что кровь 

                                           не горяча,

А потому, что русского плеча

Ни разу в жизни злоба 

                                не касалась…

Добрые северцы еще не ведали, какой сюрприз им готовит новоявленная жительница с улицы Победы. Не все еще знали, что в мае Наталья вместе с детьми перебралась в поселок Северный, на материнский капитал купив здесь квартиру в многоэтажке. Благо, наше милосердное правительство, «руководствуясь принципами гуманизма и государственной заботы о женщинах и малолетних детях», не отказывает в выплатах на ребенка, даже если предыдущие дети были лишены надлежащего воспитания… Как не знали сельчане о том, что гражданский муж Натальи, отец ее младших детей, в это время отбывал очередной срок в местах не столь отдаленных. А сама «многодетная» мать, состоявшая на диспансерном учете как пациент с ВИЧ-инфекцией, не так давно завязала с наркотиками и активно перешла на более доступный допинг...

Впрочем, неработающая женщина довольно быстро здесь нашла себе друзей по интересам. По крайней мере, в тот злополучный четверг, 

20 августа, компания из четырех человек – двух мужчин и двух женщин – сидела за столом в новой квартире Натальи и отмечала то ли День географа, то ли Луков день, то ли Яблочный спас, а может, Преображение Господне…

– Дело в том, что гулять они начали еще 18 августа, – поясняет старший следователь Варнавинского межрайонного следственного отдела СУ СКР по Нижегородской области, старший лейтенант юстиции Александр Новожилов. – Кажется, к четвергу это надоело и самой хозяйке, потому что она принялась выгонять из квартиры одного из гостей, который к тому же являлся ее соседом…

Другой гость покинул гос­теприимный приют чуть раньше и пока докуривал сигарету, стоя на лестничной площадке этажом ниже. Когда Наталья, женщина крутая во всех отношениях (не зря ее назвали валькирией), пыталась вытолкать с законной жилплощади упрямого собутыльника, тот оказал яростное сопротивление. Словесная перепалка быстро перешла в рукопашную схватку.

– Оскорбленный хозяйкой он даже потрепал ее немного, схватив за волосы, – уточнил Александр Сергеевич. – И уже стал уходить…

О, эта женщина всегда оставляла последнее слово за собой. Схватив со стола кухонный нож, она ударила недавнего дружка сзади в шею – три раза, потом, не дожидаясь, как он обернется, нанесла удар в спину, под лопатку, и уже теряя силы – ниже спины… Позже эксперт-криминалист насчитает пять ножевых ранений… Смею 

заметить, что со времен предыдущей поножовщины рука воительницы окрепла ровно в два с половиной раза.

Увидев, что жертва, истекающая кровью, лежит за порогом без сознания, Наталья вернулась в прихожую, закрыв за собой дверь.

– Он уже не жилец, – спокойно сообщила она своей последней гостье и на глазах у нее вытерла окровавленный нож кухонным полотенцем.

– Она была уверена, что убила его, – скажет потом Альберт Абдульманов, майор юстиции, руководитель Варнавинского МСО.

Коснулась злоба женского плеча...

Забегая вперед скажу, что врачи Семеновской ЦРБ спасли несчастного. Ударом в спину нетрезвая валькирия повредила его печень, но верные слуги Гиппократа все-таки не дали ему умереть. Говорят, что на днях его даже перевели из реанимации в общую палату.

Повезло бедолаге еще и в том, что куривший в подъезде приятель сразу вызвал скорую. А Наталья спрятала нож за потолочный плинтус и продолжила беседу с подругой.

Из материалов уголовного дела:

«По версии следствия, жительница многоквартирного дома по улице Победы поселка Северный Варнавинского муниципального округа Нижегородской области 1988 года рож­дения 20 августа, находясь на лестничной клетке этого дома, в ходе ссоры со своим знакомым, нанесла ему не менее 5 ударов в область шеи и спины... Благодаря усилиям медиков, пострадавший выжил… В отношении обвиняемой по статье УК РФ о покушении на убийство, имеющей непогашенную судимость по статье о тяжком преступлении, судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу...».

Увы, в стране неумолимо растет женская преступность. Если еще в середине двухтысячных годов, по статистике Федеральной службы исполнения наказания, в местах лишения свободы коротали время 46 тысяч наказанных представительниц слабого пола, то в прошлом году этот показатель вырос почти вдвое. В связи с этим ФСИН спешно открывает новые колонии. Нашей знаменитой автозаводской «двойки», которой хватало на протяжении десятилетий, нижегородским преступницам давно уже стало мало.

Вдобавок, как отмечают правоохранители, женщины-преступницы отличаются особой жестокостью. Бывалые оперативники, приехав на место преступления, уже по характеру ран на теле жертвы могут догадаться, чьих рук дело.

– Если на трупе много ранений, первым делом рассматриваем версию, что это совершили женщины или подростки, – поясняет тонкости криминалистики старший следователь МСО. – Женщины более эмоциональны, бьют долго и жестоко. Для мужчины характерно ударить ножом несколько раз и скрыться...

Женщины, оказывается, и в мотивации сильно разнятся. Мужчины часто совершают преступления с корыстной целью, убивают во время разбоя и ограбления. Для женщин бывает достаточно поругаться по «пьяной лавочке».

Кстати, бум женской преступности наблюдается не только у нас в стране. К примеру, крупнейшее итальянское агентство частных расследований Miriam Tomponzi Investigations провело масштабное изучение проблемы женского криминала в Европе. Данные доклада ошеломили Европарламент: за последние 20 лет уровень женской преступности вырос в пять раз, а если считать с 1960 года, то – в семь. Сегодня в Италии каждый седьмой преступник – женщина…

Вывод напрашивается сам собой: за что боролись, на то, как говорится, и напоролись. Только боролись Роза, Клара и иже с ними, а плоды пожинаем мы с вами. И самое страшное – безвинные дети все чаще оказываются в детском доме. Как эти маленькие дочки Натальи, которых пока поместили в нижегородский ребцентр. И что с ними будет потом, одному Богу известно.

Татьяна Чинякова. Фото со страницы ВК Варнавинского районного суда.