На днях федеральный новостной канал проинформировал несведущую часть населения о появлении на рынке услуг так называемых «тюремных коучей». То есть, если вам недостаточно скачать из интернета документальные рассказы Переверзина «Оставаясь свободным» или взять, к примеру, в городской библиотеке книгу Василия Винного (между прочим, лауреата литературного конкурса 2018 года в «Литподвале имени Мастера и Маргариты»), вы можете за определенную плату прослушать курс нравоучительных лекций о том, как следует вести себя на зоне без ущерба для здоровья. Вы спросите, зачем это вам нужно? Решайте сами, но ведь не зря говорят: «От сумы да от тюрьмы...».

Убийство на бульваре Правды.

Бывший зэк во время распития спиртных напитков поссорился с приятелем и схватился за нож – эка невидаль, скажете вы. В городе химиков, как и в целом по стране, «пьяная бытовуха» возглавляет список уголовных дел и портит статистику правоохранительным органам. И на первый взгляд все преступления из этой категории похожи друг на друга как две капли воды: сели за стол – выпили, стали спорить – подрались... И кухонный нож, которым только что резали колбасу – традиционное орудие убийства. Вот и на этот раз...

Из криминальной хроники города Дзержинска:

«По версии следствия, 20 марта 2026 года в ночное время в процессе распития алкоголя со своим знакомым в квартире дома на бульваре Правды в городе Дзержинске Нижегородской области хозяин квартиры 51-летний Александр Солдатов нанес гостю несколько ударов ножом, от которых потерпевший скончался...»

Уголовное дело по факту убийства вел следователь по особо важным делам следственного отдела по городу Дзержинску СУ СКР по Нижегородской области, майор юстиции Максим Кошкин.

– Сиделец до мозга костей,  – такую характеристику выдал Максим Андреевич своему подследственному.

Оказывается, криминальная биография фигуранта началась еще в 1993 году. И с тех пор Солдатов сидел, выходил на свободу и снова садился. Список уголовных статей, по которым суд выносил ему приговоры, занимает в материалах уголовного дела больше половины страницы. Самые популярные из них – «Нанесение тяжких телесных повреждений» и «Кража». Последняя объясняется тем, что Солдатов никогда в жизни не работал. Ни одного дня! Потому что там, откуда он периодически выходил, считается: скорее заточку в сердце, чем кайло или лопату в руки.

– Последний раз он вышел на волю в 2022 году. Жил один, пьянствовал. В силу своего мировоззрения, а он относил себя к преступному миру, считал, что работать ему не положено, – рассказывает майор Кошкин. – Квартира ему досталась от родителей, а на жизнь он зарабатывал чем придется. Конечно же, ни жены, ни детей не имел...

Кое-что из «Тюремной энциклопедии».

Автор книги «Тюремная энциклопедия» Александр Кучинский, издатель, журналист и писатель, в свое время работал редактором донецкой газеты «Криминал-Экспресс». По данным СМИ,  много лет находился в тесном контакте с генералом МВД Владимиром Малышевым. Не исключено, что этим объясняется тематика его произведений: «Преступники и преступления. Лагерная живопись. Уголовный жаргон», «Блатной телеграф. Тюремные архивы», «Побеги. Тюремные игры», «Паханы. Авторитеты. Воры в законе» и другие.

29 ноября 2014 года Александр Кучинский и его жена были убиты в дачном доме в поселке Богородичное под Славянском с применением холодного оружия. По основной версии, убийство имело мотив ограбления. 

Спорное, на мой взгляд, «основное правило», выведено украинским журналистом: «Люди, с которыми вам (не дай Бог, конечно) придется сталкиваться в тюрьме и зоне, уже осуждены земным народным судом, приговорены им, справедливым, к разным срокам наказания. Постарайтесь не судить их второй раз; разглядите в них себе подобных; постарайтесь постичь сложные и простые одновременно «понятия»; оцените окружающий вас мир неволи как модель потустороннего общества; устраивайте быт уже в тюремной камере – тем легче будет все забыть».

Тем не менее, описание автором тюремных «понятий», по мнению бывалых сидельцев, соответствует истине. Эти правила не закреплены в официальных документах, но  передаются из поколения в поколение в тюремной среде. Их соблюдение – ключевой фактор выживания и сохранения достоинства в сложных условиях.

К примеру, на общем режиме нельзя с земли ничего поднимать. Особенно, если упало на плац. 

«Пусть хоть шапка зимой упадет,  она после этого считается зашкваренной (так вот откуда «зашквар» в молодежном сленге! Происхождение слова связано с тюремным жаргоном. В уголовной субкультуре «зашквариться» означало опозориться, оскверниться, потерять честь. – Прим. Т.Ч.). Упала – иди дальше, ищи другую», – рассказывал один из зэков в интервью для книги «Как выжить в тюрьме».

Впрочем, есть и немного другое толкование. Согласно ему, поднимать мыло с пола нельзя, потому что таким образом человек прогибается (покоряется) – такое в тюрьме строго запрещено.  И не только мыло. Одним из приемов проверки новичков является, например, брошенное полотенце, одежда и т. п. Опытный сиделец не только не поднимет этот предмет, наступит на него и даже может вытереть ноги. «Правило такое: «Не я ронял, не я должен поднимать», – писал  Кучинский в «Тюремной энциклопедии».

Одно из важных правил «правильной хаты»: не перебивать говорящего. Слово за колючей проволокой весит больше золота, поэтому на зоне ценят тишину. В тесном пространстве, где в одной камере годами живут десятки совершенно разных людей, единственное, что сдерживает мужиков от постоянных разборок – это четкий порядок и уважение к чужому личному пространству. А личное пространство в тюрьме начинается с мысли и слова. Не зря, говорят сидельцы, бог создал у человека два уха и один рот – больше слушай, меньше говори...

В тюремном быту есть и другие негласные запреты. Нельзя брать чужие вещи без спроса – даже кружку или ложку. Нельзя есть в одиночку. Нельзя общаться с представителями низших каст (например, с «опущенными» или «петухами»). Об этом пишет Федор Крестовый, автор  сборника «Как выжить в зоне. Советы бывалого арестанта».

«Правила жизни в «хате» вполне соответствуют обычным правилам общежития на воле, – пишет Кучинский. – Во время еды других – не садись на унитаз. Мой руки перед едой, не садись за стол в верхней одежде. Не свисти. Не плюй на пол. Аккуратно ешь хлеб, не роняй его, как и ложку («весло»), кружку, шлюмку (тарелку). Никто никому не прислуживает, никто никому ничего не должен. Камеру убирают все, в порядке очереди. Чем строже режим, тем меньше мата. Не потому, что зеки, так сказать, «исправляются», перевоспитываются: меньше мата – меньше риска быть неправильно понятым...».

Всего одно правило.

И еще одно правило незыблемо в «потустороннем обществе»: не стряхивай пепел от сигареты на пол... Тюремный механизм воспитания людей прост и эффективен. И жесток. А вот гость рецидивиста Солдатова в ту мартовскую ночь счел, что «понятия» зоны на воле не действуют. И стряхнул пепел на пол в квартире хозяина.

– Как рассказал на допросе задержанный, это и стало причиной ссоры, – продолжает  Максим Андреевич. – По тюремным законам, стряхивать пепел на пол – недопустимое нарушение. Свято чтивший эти законы фигурант схватил нож и нанес более тридцати ударов нарушителю...

Здесь, как видим, «понятия» пересеклись с мирским законом. И живущий «по понятиям», казалось бы, соответствующим «обычным правилам общежития», не задумываясь, переступил не только первую евангельскую заповедь: «Не убий!», но и главный закон Уголовного кодекса РФ.

Гнев блюстителя тюремных понятий был настолько велик, что после смертельных ударов ножом по телу жертвы он не успокоился.

– Убедившись, что мужчина мертв, он нанес ему не менее четырнадцати ударов по лицу, искромсав того до неузнаваемости, – мой собеседник, похоже, уже привык ничему не удивляться. – Заметая следы, выволок тело из квартиры, пытался оттащить  и бросить его подальше от дома, но, видно, не хватило сил, оставил на открытой местности – во дворе...

...Поэтому судья Дзержинского городского суда, оглашая на минувшей неделе приговор убийце, назвал две статьи УК РФ – об убийстве и о надругательстве над телом умершего. Наказание виновному приверженцу криминальной субкультуры – 10 лет 15 дней лишения свободы с отбыванием 2 лет в тюрьме, а оставшейся части срока – в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год. Приговор суда в законную силу пока еще не вступил.

Татьяна Чинякова.