Ровно два года назад мос­ковский театр имени Ермоловой буквально взорвал рафинированных столичных театралов, поставив на своей сцене «Медею» Еврипида. В начале XXI века костюмированный Ясон вновь решил оставить жену Медею, чтобы жениться на дочери коринфского царя. И разгневанная Медея убила своих детей, чтобы отомстить ему... Вдруг оказалось, что древнегреческая трагедия, написанная до нашей эры, всерьез волнует современников, а инфантицид – умышленное лишение жизни ребенка  –  и сегодня реальность.

Притча.

Моему сыну сорок шесть, у него самого взрослая дочь и на висках пробивается ранняя седина. А я помню, как вчера: бессчетно раз целую его в макушку, пахнущую молоком, и приговариваю: «Зайчик мой, птенчик, рыбонька, медвежонок...». Какие-то насущные заботы перебивают этот мой зоологический ряд, я на недолго отвлекаюсь в мыслях, но мой малыш подхватывает интонацию и подсказывает: «...Ежичек!»

Самая светлая звезда в созвездии матери – это сын. Самая главная любовь – безграничная и всепрощающая. И как гимн этой любви – переживший века бродячий сюжет, давно ставший притчей:

«Жил-был юноша, который без памяти влюбился в красавицу. Она была холодна и надменна, лишь насмехалась над его чувством. Однажды она сказала ему: 

– Если любишь меня больше своей матери, поди и принеси мне ее сердце. 

Юноша был в смятении, но безумная любовь затмила ему разум. Он отправился к матери, вырвал у нее из груди сердце и, завернув его в платок, поспешил к возлюбленной. Но по дороге он споткнулся и упал, выронив сердце. И тогда оно, остановившись, с тревогой спросило: 

– Сынок, ты не ушибся?».

Через призму времен перекликаются с этой притчей зловещие предсказания Евангелия от Луки: «Ибо отныне пятеро в одном доме станут разделяться: трое против двоих и двое против троих: отец будет против сына, и сын против отца; мать против дочери, и дочь против матери; свекровь против невестки своей, и невестка против свекрови своей»...

Что случилось с людьми, если брат убивает брата, отец – сына, сын – отца или мать, и это сегодня уже ни для кого не является потрясением?

Саваслейка и ее обитатели.

Старинное село Саваслейка в городском округе Кулебаки, расположенное  на берегу реки Велетьмы близ автодороги Владимир – Муром – Арзамас, имеет богатую дореволюционную историю. В позапрошлом веке оно принадлежало графу 

Сергею Семеновичу Уварову, министру народного просвещения, видному государственному деятелю России и его родственникам. Именно с их стараниями связывают появление в селе каменного храма, больницы, школы... Потомок графа – Степан Игоревич Уваров, ныне английский бизнесмен, приезжал в Саваслейку, бывшее имение своей бабушки, вместе с сыном Домиником в мае 2002 года. Население Саваслейки с тех пор выросло втрое, храм и поныне действующий, вот вместо больницы, правда, здесь работает  ФАП (фельдшерско-акушерский пункт). 

Нынешние жители Саваслейки почти все знают друг друга в лицо. А про эту семью еще и рассказать могут. Многие помнят, как родителей Даниила лишили родительских прав за уклонение от родительских обязанностей («бухали оба» – объясняют сельчане), а его самого отправили в детский дом. Более того, у матери Даниила, оказывается, была судимость по статье УК РФ об уклонении от уплаты алиментов.

Когда сирота при живых родителях достиг совершеннолетия и «выпустился» из детдома, то получил от государства квартиру и проживал здесь же, в Саваслейке. Но периодически навещал родителей, живущих в частном доме на улице Октября. Их отношения с сыном были, мягко говоря, сложные. Соседи говорят, они ненавидели друг друга. Те по-прежнему «бухали», отец по этой причине ослеп, мать оказалась здоровьем покрепче. Ее-то и встретил в субботу, 26 сентября, на дороге, ведущей к сельмагу, взрослый сын.

Почти семейный уик-энд.

 «Я живу ради своих сыновей. Без них я бы пропала», – говорила в одном из своих интервью принцесса Диана. «Мать – первый бог своего сына; она должна преподать ему самый важный урок из всех – как любить», – вслед за тем написал американский писатель Т.Ф. Ходж.

– Встретившись на улице, мать и сын по обыкновению стали скандалить, – рассказывает следователь Выксунского межрайонного следственного отдела СУ СКР по Нижегородской области Валерия Шабалина. – Сын ударил ее, она упала, ударившись головой об асфальт...

Была бы трезвая, наверняка было сотрясение мозга. А так – встала и пошла до дома. Около десяти часов вечера туда пришел и Даня со своей девушкой. Спустя некоторое время эта девушка приобретет статус свидетеля.

А пока сын прошел в комнату и включил громкую музыку: может, душа просила праздника, а может, не придумал другого способа досадить ненавистным предкам. Хозяева, естественно, стали возражать. А мститель лишь подвинул колонку поближе. Тогда мать – та самая женщина, которая 22 года назад носила под сердцем это случайное дитя, выскочила на кухню.

– Там лежали два ножа, – продолжает рассказ Валерия Михайловна. – Один нож обычного размера, которым режут хлеб, и второй – здоровый тесак, предназначенный для забоя свиней. Мать схватила второй и ударила им сына под ключицу. Удар был такой силы, что она пробила легкое и попала в сердце...

У женщины средней комплекции, которая работала посудомойкой в воинской столовой, оказалась очень твердая рука. Эксперт-криминалист удивился: не всякий мужик, да под градусом, способен на такой удар.

Из материалов уголовного дела:

«28 сентября 2026 года Кулебакским городским судом Нижегородской области рассмотрено ходатайство следователя Выксунского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Нижегородской области об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ (убийство). 

По версии следствия, 26 сентября 2026 года обвиняемая 1975 года рождения находилась в частном доме на улице Октября в селе Саваслейка Кулебакского района. Во время бытовой ссоры с сыном 2004 года рождения, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве личных неприязненных отношений к сыну, нанесла последнему удар в место расположения жизненно важных органов, от которого потерпевший скончался на месте происшествия.

Постановлением Кулебакского городского суда Нижегородской области от 28 сентября 2026 года обвиняемой избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, по 26 ноября 2026 года включительно...».

В состоянии агонии молодой человек еще сумел шагнуть в коридор, на каком-то инстинктивно-животном уровне осознавая это как путь к спасению, но, истекая кровью, рухнул там в старое кресло. Так называемая мать вызвала скорую, но когда та приехала, Даня был уже мертв.

Медея местного разлива.

Звучит, как детская счи­талка:

У меня есть Ангелочек,

 А зовут его сыночек,

А у сына есть охрана,

И зовут охрану – Мама...

Валерия Михайловна – следователь молодой, это ее первое серьезное дело. Она старается сдержать рвущиеся наружу эмоции, но голос с непривычки предательски дрогнул:

– Во время допросов она ни разу (ни разу!) не назвала его по имени, всегда говорила: «Этот сын»...

Но быстро взяла себя в руки и продолжила:

– Когда мы прибыли на место преступления, слепой отец, тоже пьяный, рвался в бой, дескать, это я его убил... Но, к счастью, у нас был свидетель – девушка погибшего парня, и мы еще до того, как стали известны результаты экспертиз, знали имя убийцы...

Кстати, когда оперативно-следственная группа  прибыла на место происшествия и следователь осматривала дом, на глаза ей попались... детские вещи. И тут выяснилось, что Даня был не единственным сыном детоубийцы. У него были две старшие сестры и одна младшая – 13-летняя девочка. Как оказалось, ее на период очередного запоя матери к себе забирала одна из старших сестер, которая живет отдельно. У нее самой трое детей, но она уже сейчас высказала свое желание забрать девочку к себе. Удивительно, но слово «опека» здесь ни разу не прозвучало...

Моя собеседница пожимает плечами:

– Не понимаю, как ребенок выжил в этом аду?!

...Обвиняемая сходу написала было явку с повинной, но, пообщавшись с адвокатом и окончательно протрезвев, стала говорить, что это была «само­оборона», мол, сам виноват. Однако у следствия, повторяет следователь Шаболина, имеется очевидец происшедшего – подруга погибшего. И, пожалуй, единственный человек, который искренне скорбит по убиенному. По крайней мере, она одна его оплакивает:

Там, за синими горами,

Он летит над облаками,

Крылья белые раскрыл, 

Мир земной он полюбил...

Татьяна Чинякова. Фото vk.ru/su_skr_po_no.