Евгений ДОГА: «Успех, признание в любви меня тревожат»

Евгений ДОГА:  «Успех, признание в любви меня тревожат»

Композитор Евгений Дога – безусловный классик нашего времени, как Шостакович или Щедрин. Его называют одним из самых романтичных композиторов эпохи, а свадебный вальс из культового фильма Эмиля Лотяну  «Мой ласковый и нежный зверь» признан одной из лучших музыкальных композиций двадцатого столетия. 

Первого ноября в Кремлевском концертном зале состоится долгожданный авторский концерт Евгения Доги. В нашем городе он уже бывал – в советское время приезжал в составе программы «Товарищ кино», однако, несмотря на то, что изъездил практически всю страну вдоль и поперек, именно в Нижнем Новгороде еще не выступал. «Я очень рад возможности побывать с авторским концертом в этом прекрасном городе, с которым связаны  имена великих представителей русской культуры», - говорит маэстро. Программу концерта о составлял лично - в основном, из произведений, которые впервые прозвучали в кинофильмах и выдержали испытание временем. Но будут и новые работы.

В эксклюзивном интервью «НН» композитор приоткрыл некоторые секреты творческой «кухни»… и признался в своих кулинарных пристрастиях.

«Вдруг» ничего не рождается»

- Евгений Дмитриевич, был ли в вашей жизни тот особый момент, когда вы ощутили себя композитором и никем другим более? Приходилось ли вам «пробиваться» к известности, или однажды, как говорится, проснулись знаменитым?

- До сих пор размышляю над тем, своим ли я занимаюсь делом. Получив два диплома о высшем музыкальном образовании, я почти три года не писал музыку - мне не нравилось то, что получалось. На кафедре композиции многие говорили нам, студентам, что народная музыка - это вторичный материал, что надо создавать музыку для будущих поколений и так далее, и тому подобное. И вот, случайно меня пригласили писать для кинокартины, где пришлось использовать почти все музыкальные жанры - от симфонической и народной музыки до эстрадной и церковной. Тут я понял, что надо уметь всё и не делить музыку на «сегодняшнюю» и «для будущих времен». «Кто же будет писать для нас, для современников?», - подумал я тогда. 

Не знаю я того момента, когда почувствовал себя композитором. Я всё время сомневаюсь, всё время прокручиваю в голове сотни отправных точек, прежде чем сажусь за написание заранее задуманной или заказанной мне вещи. Потом пишу довольно быстро и вдохновенно, если так можно выразиться. Говорят: вот пришло вдохновение и пошло…. Впрочем, в моем случае вохновение вторично. Вначале должна быть идея, а уж потом ищутся средства ее реализации: вот тут-то «костер разгорается» и появляется азарт, который называют вдохновением. 

«Знаменитым» я себя не ощущаю. Более того: успех какого-либо моего сочинения или концерта, признание в любви в интернете меня тревожат, так как появляется боязнь не разочаровать моих почитателей с одной стороны и не попасть в зависимость от них с другой, но продолжать предлагать им всё новые формы. Я довольно часто выступаю на открытом воздухе перед тысячами слушателей с музыкой из балетов, детской и камерной музыкой вперемежку с известными композициями - и тем не менее  не могу отнести себя ни к известным, ни, тем более, к знаменитым. И «пробиваться», кстати, не приходилось. Это за творца делает Время.

- Известно, что вальс для фильма «Мой ласковый и нежный зверь» вы создали всего за одну ночь. Правда ли, что хитам свойственно приходить и рождаться «вдруг»?

- «Вдруг» ничего не рождается. Вряд ли кто-то из композиторов садится за рояль и уверенно пишет «хит». Правда лишь в том, что композитор – профессиональный - старается максимально выложиться, в большом ли, малом ли произведении. Действительно, вальс из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь» я написал за полночи, но «заявку» голове дал за полгода наперед. Тут сработало много факторов: и сжатые сроки ( назавтра! надо сдать партитуру!), и ответственность перед ситуацией «не подвести себя, режиссера, картину, студию». Да еще и после бурного успеха только что законченной картины «Табор уходит в небо» - выдержать уровень. Для меня и сегодня остается загадкой, по каким критериям этот Вальс стал популярным настолько, что без него редко какая свадьба обходится. Не говоря уже об Олимпиадах 1980 и 2014 годов.

-  Если верить Википедии, последний фильм с вашей музыкой вышел в 2010 году. Неужели вы перестали работать в  этом направлении?

- Да, я не пишу с тех пор музыку для кино, хотя скучаю по такой музыке. С киномузыкой я связан более сорока лет! Сегодня снимается другое кино: другие режиссеры, другая тематика, другая музыка. А может быть то, что, называют музыкой, берется, в основном, из заложенного в программах синтезаторов, в то время как я предпочитаю писать романтическую музыку и пользуюсь в своих работах абсолютно всеми жанрами и  всеми музыкальными средствами. Да и предложений не поступает. Режиссеры, с которыми я работал, ушли в другой мир, новые вряд ли меня знают или предпочитают что-то полегче. Но кто знает: конечно, если появится интересная романтическая идея и предложение работать, я с удовольствием приму его. 

Сегодня я пишу очень много интересных сочинений в крупных классических жанрах, которые не практиковал из-за занятости в кино, много гастролирую по стране и за ее пределами. Это мне нравится, и время заполнено до предела.

- Правы ли композиторы, которые говорят, что вдохновения ждать не стоит – но нужно садиться работать, и тогда вдохновение, скорее всего, придет, никуда не денется?

- Думаю, что кажый композитор имеет свой собственный  метод, и тут нет ни рецептов, ни правил. Я никогда не работаю лишь для того, чтобы работать, но сажусь за сочинение лишь тогда, когда уже не могу не работать - когда уже накопилось столько энергии, что она готова извергаться, как вулкан. Вообще в этой связи могу сказать, что силу произведения  определяет не демонстрация технических средств, не суперсовременные (хотя я не понимаю, что значит «современные») приемы или желание выделиться чем-то неординарным, а заложенная в каждой ноте энергия, эмоциональная насыщенность произведения. У Бетховена в «Героической сифонии» звучит фраза всего из двух нот, «та-та-та та» и будоражит мир уже более двух столетий. 

«Хиты - это мотыльки»

- У многих композиторов, создающих киномузыку, есть «свой» режиссер, как, например, Глеб Панфилов у Вадима Бибергана. Эмиль Лотяну, с которым вы много сотрудничали – «ваш» режиссер?

- Думаю, многие режиссеры с которыми я работал могли стать «моими», но, к сожалению, это не случилось, потому что каждый раз они пробуют то одного композитора, то другого вместо того, чтобы  продолжить уже сложившийся, часто очень удачный опыт. Совместно с Эмилем Лотяну созданы  лучшие картины, которые смотрели и смотрят миллионы зрителей, да и на  международных фестивалях эти фильмы получили самые престижные награды. Взять хотя бы «Табор уходит  в небо». В человеческом плане мы абсолютно разные, а вот в творческом - дополняли друг друга. Не слишком «на виду» режиссер Василий Панин; он любил и почитал музыку, и к его картинам мной написано множество очень удачных композиций. Сейчас я возвращаюсь к ней и, переосмысливая некоторые партитуры, включаюю их в свои концертные программы. Недавно в Шёнбрунне, в Вене состоялась премьера вальса «Фанфарон» из его фильма «Господа артисты». Он, думаю, прозвучит и в вашем городе.

- Ваши песни украшают репертуар многих звезд эстрады со стажем, а вот обращаются ли к вашему творчеству молодые певцы? Кстати о молодых певцах: в свое время с вашими композициями дебютировала талантливая молодежь, чьи имена уже в течение почти полувека у всех на слуху - Мария Биешу, София Ротару, Надежда Чепрага, Алла Пугачева. Насколько важно для начинающего исполнителя найти хит и композитора?

- Молодые певцы не из «шоу-бизнеса» поют мои песни с удовольствием. Но, тоже кстати - о Пугачевой: не думаю, что она стала бы популярной с моей музыкой. Это удивительно талантливая певица, которая в начале шестидесятых, в начале своего творческого пути, за полчаса до открытия студии сидела под дверью с нотами в руках и продумывала, полагаю, каждый нюанс песни, которую предстояло ей записать на радио. Запись прошла блестяще!

Профессиональная и трудолюбивая София Ротару три года по всем каналам ТВ и  радио выступала с песней «Мой белый город» и  парой других моих песен, великолепно ею исполненных.  Потом  ее вовлекли в шоу-бизнес, где она получила грандиозный успех с так называемыми «хитами». Я за нее рад, ведь каждый артист желает успеха и популярности. Правда, у меня в этом плане немного другое представление о популярности. Да и вообще гоняться за хитами - не лучшее качество начинающего певца. Не хит определяет его успех на долгие времена. Хиты - это мотыльки, очень красивые… живущие всего один день. Начинающий певец должен искать такие песни, в которых он находит себя, в которых он может выразить себя. Публика моментально это чувствует и принимает. Вот так, мне думается, нашел себя ушедший недавно в иной мир Иосиф Кобзон. Он сам стал «хитом», а не песни, спетые им! 

 - Крах страны Советов вы застали на посту народного депутата СССР. Как вы считаете, произошедшие центробежные процессы были закономерны и неостановимы? 

- Была попытка остановить процессы. Силой. Не получилось. Значит что-то не так было в этом объединении многих самобытных народов. Идея создания огромной империи, на мой взгляд, очень хорошая. Люди испокон веков, со времен первобытного общества стремились к объединению. Однако много могущественных империй существовали столетиями - и всё равно распадались. Причин на то немало. Главная из них, мне кажется, желание подтянуть «под себя» всех и всё. Да, было прекрасное образование, прекрасная медицина, рабочие места, перспектива развития. Но, особенно вначале, когда руководителями становились не совсем грамотные, а то и вовсе безграмотные люди, было допущено множиство ошибок, которые аукнулись на многие поколения вперед. И со временем многим захотелось быть самостоятельными.  Не  ласкало слух и это: «Мы вас кормим, мы кормим весь мир», и прочие не очень приятные вещи, произнесенные не слишком далекими людьми, которые вряд ли производили то «питание», которым попрекали, но, скорее всего, его лишь потребляли... Особенно пострадали национальные традиции и, в первую очередь, языки.

- Вы отмечены многими отечественными и национальными наградами разных стран, Вашим именем названа малая планета. Какую награду считаете самой дорогой? Насколько важно для вас общественное признание?

- Да, уже к пятидесяти годам я получил и звание Народного, и Государственную премию СССР, и довольно широкую известность. Потом пошли прочие награды, которыми я, конечно, дорожу. Самая дорогая награда для меня - любовь моих слушателей, которые до сих пор не забывают мою музыку. Среди них много молодых. Это огромное счастье: выходить перед  семитысячной аудиторией под открытым небом - в последнее время я практикую такие программы - или в заброшенном  таежном поселении с девятью его жителями, у которых сверкают глаза от счастья встретиться с артистами, о которых они даже не слышали! Вот и сейчас, думаю, встречу многих, которые пишут мне на злектронную почту или вошли в новую жизнь под Вальс из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь». Спасибо организаторам за возможность приехать к вам.

- Вы подолгу живете в Москве. Не забыли вкус молдавской плацинды?

- Плачинты. Она у нас, к слову, называется «плачинта». Жаль, что «знатоки» огрубили мягкое звучание открытых гласных, заменив их глухим «ы»; так же поступили и со многими названиями населенных пунктов, фамилий, имен... Плачинта мне нравится, особенно та, которую  выпекала мама. В Москве я довольно часто вспоминаю детство и приготавливаю ее для гостей - ну, как умею, хотя оценку получаю высокую. Вообще в силу того, что в Молдавии, на относительном юге, много всяческих продуктов, молдавская кухня и разнообразна, и очень вкусна. Впрочем, я с огромным удовольствием готовлю также русские щи и наслаждаюсь пирогами с капустой.

Задавали вопросы Мария ФЕДОТОВА, Владимир ШЛЫКОВ.

Авторы благодарят организаторов концерта Евгения Доги за возможность эксклюзивного интервью с артистом.

Справка «НН»

Композитор, педагог, общественный деятель, народный артист СССР Евгений Дмитриевич Дога   родился 1 марта 1937 в Молдавии. Окончил Кишиневскую консерваторию - сначала по классу виолончели, потом по классу композиции, теории музыки и симфонического дирижирования.

Пишет музыку в различных жанрах и стилях. 

Автор трех балетов, оперы «Диалоги любви», более ста инструментальных и хоровых сочинений,  музыки к  спектаклям, радиопостановкам,  к двумстам фильмам, более 260 песен, романсов и  70 вальсов. Ему принадлежит музыка  церемонии открытия и закрытия двух Олимпиад – 1980 года в Москве и 2014 года в Сочи. Отмечен многими престижными званиями и наградами.