Нужно было побывать у врача, поэтому пришлось выйти из дома и поехать на маршрутном автобусе № 91. Дело было 8 мая примерно в 17 часов. Людей было немного, на каждом двойном сиденье буквально по человеку. Все в масках.
Водитель продавал билеты, был он без маски, без перчаток, но это для меня совсем не главное.
Болтая по сотовому телефону с кем-то, на проспекте Гагарина он начал «гоняться» с ползущим по краю дороги 31-м троллейбусом. И когда подъехали к остановке «Тобольские казармы», неожиданно обогнал рогатого коллегу и перегородил ему путь, подрезав наискосок. Его зеркало заднего вида при этом застряло в открытой задней двери автобуса.
А дальше полился такой мат, что уши вяли не только у женщин, но и у мужчин, повидавших виды. Причем оба водителя кричали матерные слова, только иногда вставляя в поток речи обычные словосочетания. Этот дуэт был так громок, что на тротуаре остановились прохожие, не понимая, что происходит. Минут 10 - 15 пассажиры молчали и ждали, когда водилы успокоятся. Я подошла к разъяренным спорщикам и сказала, что  если они не прекратят, то все завтра же  будет в газете. В ответ: «Давай! Фотографируй!» - и снова мат…
И все же, как мне кажется, наши молчаливые пассажиры сделали правильный шаг. Молодой человек на переднем сиденье спокойно сказал: «Я с тобой не поеду, верни мне деньги». «И мне, и мне»… Пассажиры выстроились в очередь перед водителем. И только тогда он внезапно утих. Молча стал брать билеты обратно и выдавать деньги. Что было дальше, я не знаю, потому что вместе со всеми пересела в остановившийся позади троллейбус. Денег там с нас не взяли.
…Мы все устали, все на нервах, наверное, надо проверять психическое состояние  водителей, выходящих на линию. А мат даже от шофера никто не должен слышать.
Александра Ростова, Нижний Новгород.