Суровые туманы Суроватихи

Суровые туманы Суроватихи

Сегодня на стене отремонтированного старенького вокзала в Суроватихе есть мемориальная табличка. «Отсюда в годы войны земляки уезжали на фронт…» А рядом со станцией – памятник погибшим: 13 250 человек ушли на войну из ближних деревень. Каждый второй не вернулся. Школьники из Муравьихинской средней школы Дальнеконстантиновского района пришли к зданию вокзала вместе с земляками, чье детство совпало с годами войны. У всех, кто отсюда отправлялся на фронт – своя история, у всех, кто оставался в тылу – своя…

Поклонимся, друзья

Памятные места детства у каждого свои. А у Марины Петровны Хариной, Анатолия Владимировича Валова, Евгения Ивановича Власова годы войны и детства связаны крепким узлом с железнодорожной станцией – той, с которой уходили на фронт их отцы и братья в 1941-м и где их встречали с Победой в 1945-м.

…Марину Петровну Харину поддерживает под локоток ее дочь, а она в своем деревенском платочке идет прямо через ряды нарядных юнармейцев, на ходу расстегивая куртку. Так видны ее медали за войну и труд, и они для нее краше всех нарядов. Уголком платка вытирает повлажневшие глаза, и как всегда на этом месте, кланяется памятнику до земли. Мальчишки в красных беретах, возлагая гвоздики, встают на колено рядом с бабушкой, которая спешит рассказать им то, что они никогда не видели.

– 80 лет назад началась война. На этом месте я вспоминаю, какую жизнь мы прожили. Не было у нас ни школы, ни игр, ни детства. Все это закончилось прямо в тот день, когда началась война. Мне было 9 лет, а брат на 5 лет старше. Объявили мобилизацию, и нашу деревню словно под метлу вымели. В Муравьихе и рядом в Суроватихе почти не осталось взрослых. Ребята постарше, мужики, девушки шли на войну, матери уехали на строительство сооружений, и дети остались одни в пустых дворах, колхозах, где нужно было кормить живность, пахать, собирать урожай. Помню, какой страх охватил вначале, когда мы смотрели, как уходят из деревни колонны людей. 

И вот все ушли. Мы с братом взяли на себя два табуна и пасли их до самого снега. Я болела – свалила малярия, но лежать было нельзя. Напою коров, бегу в больничку, делаю укол, уйму дрожь, и снова к стаду.

Надо было мясо государству сдавать. Мы с братом гнали стадо до Казани месяца три. Останавливались в деревнях, нам давали хлеб, мы пили молоко и спали где-нибудь. От стада не уйдешь, в дорожной пыли не видно лица, мыться было негде. В Казань мы пришли с коростой на голове, коркой вместо волос, которую нам в бане сняли целиком.

Девушки, война, война!

Годы смывают в памяти лица, слова, но оставляют яркие потрясения детства, картины военной поры. Они всплывают сами собой в музее Муравьихинской школы. По деревням и избам школьники с учителем Людмилой Николаевной Строкиной и другими собирали самовары и деревянные корыта, ткацкий станок, для плетения лаптей кочедык да мялку. Но наши дети войны сами проведут тут любую экскурсию. Дай им инструмент, говорят, и сейчас же мигом лапти сплетут. Девчонки и мальчишки всю деревню в войну могли тепло и справно обуть, и на фронт плели лапотки, варежки по вечерам вязали. Отправляли со станции пачками и верили, что их отцу, брату, дяде обязательно достанутся их рукоделия.

А как вязали, шили, сочиняли песни и дразнилки-частушки на злобу дня:

«Ох война-война, война хитрая

Из-за этого косого Гитлера».

А еще учили коров ходить с плугом, впрягались и сами в упряж по семеро:

«Девушки молоденьки

            несчастными зарожены,

Все наши ребятушки 

               за Родину положены»…

Родине помогали

Анатолий Владимирович Валов в 1941-м был еще босоногим четырехлетним постреленком.

– Дети есть дети, жили мы прямо на станции, ниже Суроватихи, в Черемасе, где притормаживали поезда. Там шла заготовка леса, дров для паровозов. Помню только голод. Как только снег сойдет, наперегонки – в лес. Собираем молодые сосновые побеги. Вы кусали когда-нибудь зеленые свечки сосны? Пробовали на вкус? Витаминов немеряно. Два года мы очищали наш лес так, что он просто не рос. За картошкой гнилой бежали за семь километров, мать готовила кисели из кожуры. Мама – военнообязанная, постоянно дежурила на станции. А мы днем убегали к поездам, лезли в разрушенные танки, которые везли на переплавку, находили там то, за что нам давали ремня. Был случай, когда пацаны нашли снаряд и погибли. Хотели завладеть оружием, чтобы Гитлера убить. Война не отпустила, и военным я стал уже в мирное время, служил в замечательном гарнизоне, который расположен здесь неподалеку.

– Всем было трудно, и каждому по-своему, – рассказывает Евгений Иванович Власов, заслуженный ветеран области, почетный гражданин Дальнеконстантиновского района. – У меня перед самой войной умерла мама. Отец повез нас в Горький, ему нужно было работать на заводе. А тут – война. Горький стал кузнецей оружия для фронта. Нас отправили к родственникам во Львовку Большеболдинского района. Бабушка и дедушка вскоре умерли от голода, отдавая все внукам. Мне пришлось пристроить младшего брата в чужую семью, а самому ехать на работу. В 14 лет на товарняке отправился, куда глаза глядят, отставал от поезда, замерзал, голодал, висел на подножке, но добрался до ремесленного училища с просьбой принять. Экзамен был короткий, его я запомнил на всю жизнь. «Сколько будет семью восемь, знаешь?» «56». «Будешь электриком». Так началась работа моя на заводе. Гордился, что делали мы стабилизаторы для «Катюш». В победные дни наградили меня поездкой по Волге. До сих пор перед глазами в руинах Сталинград, сотни пленных немцев разгребают завалы. 

Узловая станция

– Давным-давно, в 1901 году, по железной дороге впервые прошли поезда мимо станции Суроватиха, – рассказывает директор районного краеведческого музея Владимир Викторович Жиляев. – Была тут будка стрелочника, потом вокзал, казармы, пакгауз, водонапорная башня, которая и сейчас стоит как новенькая. Узловая от Горького до Арзамаса всегда была вторым центром Дальнеконстантиновского района. Здесь платформы и земля у станции слезами людскими политы. Отсюда для жителей района начиналась дорога на войну, и для нас это знаковое место.

Через нашу станцию на фронт шли эшелоны с боеприпасами, с техникой, а с фронта эшелоны с пленными, ранеными. 

29 июля 1942 года сюда привезли 200 детей из блокадного Ленинграда. 20 автомашин и 60 подвод встретили блокадных детей и повезли в детдом. Начальником железной дороги в годы войны был Николай Александрович Чистохвалов. За бесперебойную работу железнодорожной станции в годы войны его наградили орденом Ленина.

80 памятников героям войны есть в районе, но самым первым в их списке считается парк, посвященный Победе. Он посажен в селе Муравьиха в 1942-м, когда до конца войны было еще долгих три года. В апреле на линейке директор школы Михаил Алексеевич Рачков сказал ребятам, что пришла пора посадить «парк Победы». Когда закончится война, вернувшихся отцов встретят зеленые березки, посаженные в честь них. В ту весну 600 деревьев посадили школьники Муравьихи. Приходит новая весна, и к Дню Победы зашелестят на солнце яркие зеленые листки, вновь запоет свою песню сад, за которым ухаживают потомки тех школьников, детей войны.

Кстати

Организатором проекта  «Живая память: дети войны» стал Центр журналистских технологий, который вместе с участниками проекта кропотливо собирает воспоминания детей военного времени, чтобы сохранить их, передать в местные музеи и архивы. Проект поддержан министерством внутренней региональной и муниципальной политики Нижегородской области. В Дальнеконстантиновском районе партнерами проекта стали ветераны, преподаватели и ученики Муравьихинской средней школы, районный краеведческий музей, газета «Родная земля». Впрочем, участником проекта может стать каждый, кто до 15 мая пришлет организаторам проекта видео-воспоминания  своих близких, чье детство совпало с годами Великой Отечественной войны.

Вера Чеботарева. Фото автора.