Нижегородский академический театр кукол завершил сезон премьерным спектаклем «Принцесса и Свинопас». Нравоучительный сюжет о неумении ценить настоящие чувства, в современной трактовке приобрел иной финал и смысл.

Разговор о нравах.

Известную историю, написанную сказочником Андерсеном в прошлом веке, поставил молодой режиссер Чакчи Фросноккерс из Санкт-Петербурга. Это его второй опыт работы с труппой нижегородского театра, после успешной постановки «Данко», созданной по мотивам произведений М. Горького.

Режиссер немного отдалил происходящие события в прошлое, в условный жанр, как он сам его определяет, «дурацкого» рококо. Диву даешься, как он оказался прозорлив, поставив старую сказку, почти ничего не меняя, и говорит в ней со зрителями о нынешних нравах. Когда все естественное, без фильтров и ретуши, настоящее, стало считаться уродливым, а в моде – искусственное и идеальное, созданное алгоритмами.

– Наша версия отличается финалом. Андерсен решает проучить Принцессу, которой неведома страсть и любовь к настоящему искусству, настоящей природе, ко всему истинному. Мы же все-таки даем ей шанс. И он продиктован самим Андерсеном. Это любовь. Любовь раскрывает ее сердце, меняет ее. Принцесса неоднозначна в нашей версии. И потому она имеет право на исправление, – поделился режиссер.

Учебник по стилю.

Пространство малой сцены, где оживает спектакль, максимально просторное, приближенное к зрителям. Сцена – всего в несколько метров в длину и ширину – становится то напыщенным дворцом, то скотным двором, а то и попросту полем. Все трансформации происходят в воображении, а мобильные декорации (прообраз ширмы) помогают актерам. В стилизованных под эпоху стеганых костюмах и париках-чепцах, с выбеленными лицами и нарочитым румянцем, играть им, под яркими софитами, не просто. 

Планшетными куклами они ловко управляют, а те выглядят так, словно это их уменьшенные копии в нарядах XVIII века. Как тут не вспомнить историю куколки «Пандоры», которую наряжали в модные платья и распространяли в Европе, вместо современных глянцевых журналов. 

– Сказка повела нас за собой. Благодаря ей мы игрались в этой постановке. Мне всегда интересно придумывать эмоцию на ходу. Это диктовал нам стиль рококо, который сам по себе довольно игривый, радостный, воздушный и интересный,  – рассказала художник-постановщик Ульяна Елизарова.

Она призналась, что один из элементов спектакля – шаловливые купидоны-свинки – ее любимые персонажи, которые не прописаны в пьесе, но возникают в действии спонтанно.  Их оформление по большей части делали в Санкт-Петербурге – помогали театру цехами.

Все поражены любовью.

Режиссер также отметил, что постановку они с труппой репетировали две недели в атмосфере абсолютного счастья и свободы. Для него эта сказка навеяна мечтами:

– Мне кажется, что сейчас, когда зритель приходит к нам, наши мечты сбываются. Как только режиссер намекает, начинает подмигивать им: «Мол, пойдемте этой дорогой, пойдем этой тропой», то артисты тут же подхватывают и начинают фантазировать в нужном русле. Разумеется, это наш подход – дать обстоятельства, подкинуть мысль, предложить ту самую тропу. А артист должен своими ногами идти по ней, потому что если я поставлю ему шаги в ногах, то чудо не случится, – добавил он.

Важную роль в спектакле играют Няня принца (Яна Глуховская) и Император (Антон Мигунов) – от лица мудрого старшего поколения. Чопорные фрейлины: Жу-Жу (Ангелина Фатеева), Фру-Фру (Раиса Углова) и, неожиданно, Тю-Тю (Георгий Фролов), вторят госпоже и комично сопровож­дают в пикантных играх на поцелуи.

Как объяснил актер Андрей Сидоров, сыгравший Принца-Свинопаса, в спектакле много хулиганства, а на репетициях оно заключалось в том, что режиссер их ни в какие рамки не ставил. Вместе с Принцессой (Надежда Палюлина) они гармонично сыграли дуэт юных романтиков, вот только изменения во внутреннем образе происходят именно с ней. В финале, как в сказке, все наносное исчезает, и остается – просто влюбленная девушка. 6+.

Ольга Плаксунова. Фото предоставлено театром.